19 декабря 2015 года

Если вы вообще в принципе не умеете чего-то достигать, то вам будет недостижима и эмиграция. Но если вы успешны, скажем так, на родине, то эмиграция или даже туристическая поездка пройдет для вас спокойно. Я думаю, нужно тренировать эти качества: заканчивать все начатое и браться за дела, когда не хочется их делать.

***

– Меня зовут Олег. Родился я в городе Караганда.  Этот город на самом деле существует (смеется). Это в самом центре Казахстана. Мне 27 лет, я родился в 88-м году. В 16 лет поступил в вуз, четыре года отучился. Я учился в Карагандинском техническом университете в городе Караганда в Казахстане. 2004-2008 – годы обучения. Получил высшее образование в этой же сфере. Ну, образование… бакалавриат. Профессия моя называется «Компьютеры и программное обеспечение» со специализацией «Информационная безопасность». Естественно, уровень этого казахстанского вуза не такой, как всех остальных мировых вузов, типа Беркли в Штатах и прочих, но какую-то базу это дало.   

– Сейчас я живу в городе Теттнанг на юге Германии, в семи километрах от Боденского озера. Наслаждаюсь жизнью (улыбается). Я нахожусь тут по программе «Blaue Karte». Это программа по привлечению специалистов в Германию. Я работаю программистом, в IT сфере, поэтому все ((трудоустройство и переезд)) было проще. Потому что надобность есть.

– До этого я жил три года с девушкой в Волгограде, в России. Так как я постоянно путешествовал, я в одно из путешествий жил два месяца Киеве. Это было три года назад. Я просто подумал, почему бы не пожить в Украине, в Киеве? Мне нравится Киев. Это было лето 2011-го, я думаю. И просто в интернете познакомился с девушкой, которая с Волгограда. И которая ехала мимо Киева на фестиваль. Мы встретились, и все так удачно сложилось. После жизни в Киеве я подумал, почему бы не пожить в Волгограде. И следующий год, лето 2012-го, я прожил в Волгограде.

После того, как я переехал ((в ФРГ)), мы поженились, и она подала на визу, и все еще ждет немецкой визы. Поэтому  сейчас я живу один, а она в процессе переезда. Живу я в Германии с начала этого года, с середины января, то есть почти уже год. Ну, до этого я путешествовал по многим европейским странам, так же жил по несколько месяцев. Поэтому, в принципе, для меня Германия – не новая страна (смеется). Я был в Дрездене, в Берлине лет эдак пять назад, когда первый раз устроил себе путешествие по Европе. Заехал в Берлин, в Дрезден и все.

– Есть ли у меня братья-сестры? Нет. Мама, папа, я. Отец у меня шахтер. Он долго работал в угольных шахтах на разрезах. Мать у меня тоже была связана с шахтой, но в плане финансов. Была такая специальность – экономист в горной промышленности, что-то такое. Сейчас ее, по-моему, нет. И после развала Союза, когда не было работы, не было возможности заработать, она стала заниматься фармацевтикой и получила второе высшее. И ушла в фармацию. А отец отошел от шахты, так как под землей работать всю жизнь он не хотел, и стал заниматься всем подряд. Стал заниматься строительством, делать ремонты людям. Вплоть до того, что ушел в Форекс.

– Что мои родители думают про то, что я живу за границей? Мои родители развелись, когда мне было лет 15, поэтому они вместе об этом не думали, и, возможно, поэтому они меньше об этом беспокоились. Это, во-первых. Ну, а во-вторых, моя мать давно вышла замуж за гражданина Голландии, они уже лет 6-8 живут в Бельгии. Отчасти поэтому я пожил также в Бельгии, в Брюсселе. Ну, возможно, это ((живу за границей)) какой-то генетически переданный элемент, кочевого образа жизни (смеется).

– Скажи, пожалуйста, легко или трудно получить визы в Европу?

–Ну, первый вопрос – это деньги. Если деньги у тебя есть, то все вопросы решаемы. Деньги у меня были, потому что я работал. Работал я в своем городе, но удаленно, на разные зарубежные компании. Я программист, занимаюсь разработкой драйверов. Так что деньги зарабатывал, и в принципе, очень просто было  получить шенгенскую визу. Просто писал, что я безработный, либо выписку показывал… Когда я работал удаленно, и у меня были подработки нестабильные, я писал в анкете «безработный» и получал визы без проблем. То есть их устраивала только выписка из банка. Ну, на самом деле посольству важно, что ты уедешь ((обратно в свою страну)), что у тебя есть деньги. Подтверждение показываешь, и их это устраивает. По крайней мере, в моем случае. Работаю ли я сейчас удаленно? Нет, сейчас я переехал и работаю в офисе. Я проработал восемь лет удаленно, сейчас – первый опыт работы в офисе.

– Сколько ты получаешь в месяц?

– Я бы сказал, что я получаю не больше, чем средняя зарплата по моей специальности. Ну, по моей специальности получают от 40-50 до 70-80 тысяч евро в год. Я нахожусь где-то посередине. Сколько налоги составляют? Сейчас я плачу 40% от своей зарплаты. Это включает в себя страховку и прочие налоги. Подоходный налог, потом там налог solidarity – это для восстановления Восточной Германии и прочие. Ну, когда приедет ко мне жена, этот налог будет уменьшен, так как у меня будет иждивенец.

– А как ты нашел сегодняшнюю работу и долго ли искал? И вообще, что тебя подвигло с удаленки переключиться на офисную работу?

– Ну, во-первых, найти мне именно эту работу было несложно. Я просто открыл веб-сайт компании, которую давно знал. Зашел в раздел «мы вас ищем», послал резюме и, буквально там, через несколько недель мне ответили. Прошел интервью в скайпе, потом они мне оплатили перелет. Я прилетел, прошел живое интервью и… собственно, получил эту работу. Ну, процесс да, затянулся. Я, наверное, подал им заявку в июне прошлого года, то есть 2014-го и, наверное, там, через месяц мы только прошли интервью. Потом где-то осенью я съездил в Германию на живое интервью. В этот момент я еще находился в России, в Волгограде. Потом я сказал, что мне нужен еще месяц, чтобы завершить все свои дела в России, закрыть счета там банковские и так далее. Я это все сделал и отправился в Казахстан назад, чтобы там уже подать на визу в конце декабря прошлого года. И, буквально мне визу дали за две недели рабочих. Потому, что… (смеется).  Потому, что Германии нужны специалисты.

– Программисты часто едут в англоязычные страны, почему ты именно в Германию приехал?

– Во-первых, я выбирал компанию, а не страну. Я работаю в компании Avira. Они разрабатывают антивирус… Просто всю жизнь я занимался информационной безопасностью и часто был связан с антивирусами. Поэтому я знал, что такое Avira и подал заявление просто потому, что это связано с моей специальностью и в первую очередь, мне это интересно. Ну, а во вторую очередь, я был в Европе ((ранее)). Мне очень приятно находиться здесь, в Европе. И я бы сказал, что не выбирал Германию конкретно. Если бы это оказалась Бельгия или соседние страны, я бы уехал туда.

– Ты упомянул, что образование было не слишком уж качественное. А как получилось так, что ты квалификацию набрал, вышел за рамки этого образования?

– Ни для кого не будет секретом то, что ты добиваешься каких-то высот, если сам работаешь над чем-то упорно. Я просто занимался тем, что мне интересно. Мне было интересно  заниматься вирусами, антивирусами, компьютерной безопасностью, взломами и так далее. Возможно, это идет от характера… я хочу понять бреши какие-то систем, понять их уязвимые части… Понять, как их можно использовать, так сказать, в негативном ключе. И как от этого можно защищаться. Возможно, что это связано с характером, с воспитанием.

– В каких странах ты побывал, и какие страны впечатлили тебя  более всего?

Когда я еще был в вузе, я успел поездить по Центральной Европе: Чехия, Германия, Словакия, вот. Это был первый вообще выезд за пределы СНГ. Помимо Украины, России, я бывал в Турции, в Арабских Эмиратах, работал два месяца в Швеции. Это был где-то 2010-й. Мне там понравилось больше всего. Компания называется «Cryptzone», тоже связанна с компьютерной безопасностью. Мне нравится шведский и вообще, скандинавский менталитет.

– Несколько месяцев назад я съездил первый раз в США, город Сиэтл на западном побережье… Штаты меня впечатлили. Все было очень необычно. Иначе, по сравнению с  Европой. Также пару месяцев назад я первый раз съездил в Грузию, объездил ее всю. Тоже мне очень понравилось. Ехали мы в Грузию вместе с моей девушкой. Ее зовут Лилиана. Там мы поженились, собственно говоря. Всего пару месяцев назад. В городе Тбилиси, в столице. Почему поженились именно в Грузии? (Смеется.) Потому что, во-первых, мы ни разу не были в Грузии и давно хотели там побывать. Во-вторых, у них очень либеральный процесс женитьбы, потому что сделать это в России или в Казахстане очень сложно. В России тебе нужно приехать, подать заявку, которую они рассматривают, может быть, целый месяц, потом документы предоставить, справку, что ты не женат и так далее… В Грузии ты просто подаешь запрос… и тебе через два часа дают разрешение, хочешь – женись. Тебя регистрируют и выдают документы. И после их реформы, которую сделал Саакашвили, документооборот намного упростился и ускорился, все работает быстро, классно. Мы быстро получили апостилированные переводы с грузинского на русский, немецкий и английский. То есть, отсутствие бюрократии, прекрасная страна, прекрасные люди. И дешевизна. Вот.

– Скажи, пожалуйста, на каком языке ты сейчас в Германии общаешься? Как вообще у тебя с языками?

– С языками у меня… сейчас уже все хорошо. Начал я учить английский язык, еще будучи в университете. Способствовала этому моя мама, за что я ей благодарен. Ходил я на курсы разговорного английского  с американцами. В Караганде достаточно американцев, которые приезжают обучать местных английскому языку. Я делал упор чисто на разговорный английский. Без грамматики и всего такого, главное, чтобы общаться, понимать. И через несколько лет такой практики я стал бегло говорить, плюс к тому, что постоянно читаю техническую документацию, у меня нет проблем с общением на технические темы по моей специальности. Ну вот, поэтому с английским у меня нет проблем. А немецкий я начинал как-то учить, пару месяцев отучил и бросил. И вот я приехал в Германию с практически нулевыми знаниями немецкого. Как раз приехал в тот район, где на нем нужно уметь говорить, потому что крупных городов в округе очень мало, и здесь меньше людей, говорящих на английском. Ну, и за год я стал более-менее говорить на немецком, в плане я говорю – меня понимают, как-то находим общий язык. Плюс я начал каждые день говорить на немецком на рабочие темы. Естественно, не бегло, коряво, с кучей ошибок, но… меня понимают (смеется).

– Наша компания дает курс немецкого языка, бесплатный. Не нужно куда-то ехать, эти курсы происходят прямо в нашем здании. Два раза в неделю мы ходим на курсы разговорного немецкого до базового курса Б1 ((«B1»)), которого тебе хватит для базового общения. Ну, и плюс ко всему, я занимаюсь самостоятельно… На сайте «Немецкой Волны» www.dw.com есть интерактивный курс немецкого, и я по нему каждый день занимаюсь… Сразу после того, как прихожу после работы часов в шесть. С 6 до 6.40 или до 7 часов вечера. Где-то 40 минут в день, пять дней в неделю. Сейчас у нас курсов разговорного в компании нет, потому что один курс закончился, новый еще не начался. Но после того, как после работы начнутся курсы разговорные, естественно я собственное обучение подвину. Качество обучения на этих курсах? Я думаю, что они идут очень медленно. Они не проверяют домашнюю работу, не пытаются как-то интенсифицировать процесс обучения. Мы просто приходим, общаемся на спокойные нейтральные темы… Преподаватель не хочет идти дальше, сложнее. Ей кажется, что нам этого достаточно, но нам этого недостаточно, это не только мое мнение.

        Вообще у нас рабочий график очень гибкий, поэтому ты можешь работать восемь часов в день, можешь шесть часов в день, можешь больше, чем восемь часов в день. За временем никто не следит. Можешь уйти раньше, можешь позже.

– В Германии, я оплата почасовая, как же возможен у вас такой гибкий график?

– Я думаю, послабление айтишникам дается потому, что их мало, и компания пытается их удержать. У нас есть все-таки какая-то текучка, людей очень часто перетягивают в другие конторы, которые дают бóльшую зарплату. Поэтому компания пытается либерализировать, так сказать (улыбается), нормированность рабочего дня и какие-то «плюшки» предлагает. Например, ненормированный рабочий день. Они говорят, вы должны работать 40 часов в неделю, но мы за вами не следим, сами работайте, пожалуйста, 40 часов в неделю.

– Компания у нас достаточно интернациональная. Большую часть «ненемцев» представляют румыны, потому что в компании есть офис в Румынии, в Бухаресте. Достаточно много русских – человек 20, наверное, украинцы, армяне есть. Ну, и по мелочи там… один японец, один американец. На курсе ((немецкого языка)) у нас человек 10 в группе. Есть один британец, один румын. Большая часть русских. Когда я говорю «русский», я имею в виду русских из России. Да, я точно разграничиваю. Я говорю «русскоязычный», когда  говорю о украинцах, армянах… и прочих личностях вроде меня (смеется).

– Когда у тебя сформировалось желание поехать попутешествовать или пожить в другой стране?

– Когда мне было лет 13-14. Возможно, когда я обрел интернет… возможность смотреть на разные города, на фотографии, бесчисленное множество фотографий, которые есть в интернете, и читать рассказы переселенцев, путешественников о культуре, о традициях, о том… банальные вещи для местных, вроде того, что там не воруют велосипеды с улиц. Это казалось… необычным (смеется).

        Хотелось мне приехать в первую очередь в Финляндию. Наверное, потому, что я слушал много финской музыки, финского металла. И вместе с этим, я заинтересовался финским языком и культурой, и стал читать больше о Финляндии, смотреть больше фотографий. Я думал, что это первая страна, в которую я хочу съездить. Но после какого-то времени… это поугасло… Почему поугасло? Я просто оправился в путешествие по Центральной Европе. Я съездил в Чехию, в Германию, в Словакию, потом, наверное, через полгода я съездил в Швецию, я был еще в Норвегии, в Дании. По 2-3 дня я останавливался во многих городах, оставался ((останавливался)) у разных людей, смотрел, как они живут, и оказалось, что они живут примерно одинаково. И как-то тяга к определенным странам угасла, потому что они, европейские страны, все примерно одинаковые.

        Честно говоря, я каждый раз себе в путешествии напоминал о том, что это всего лишь путешествие, и ты на все смотришь как турист, а не как человек, который живет. Поэтому я пытался ничему не удивляться. Но… меня поразила чистота. Никакой грязи…

        В каких странах я еще побывал? Ну Турция, Эмираты, Египет. Я ездил туда не один, мы ездил с компанией, с которой я удаленно работал. То есть мы собирались несколько раз в год, раз или два, и куда-то ехали делать тимбилдинг, так сказать. Компания была со всего мира, и мы ездили на неделю, или дней на 10. Готовили и друг другу показывали презентации, обсуждали планы и так далее. Мы, скажем так, совмещали, приятное с полезным. Увидеть друг друга вживую, людей, с которыми ты работаешь удаленно, и собственно, немножко поработать.

– А как получилось, что твой выбор в итоге пал именно на Германию? Почему именно Германия?

– Германия не была какой-то целью. Я выбирал не страну, а компанию. Так как я давно уже работаю в сфере информационной безопасности, я просто выбрал компанию Avira. Это антивирус, который разрабатывается в Германии. Где конкретно, в каком городе, я с этим особо не заморачивался, я примерно знал, что такое Германия и был заинтересован этой конторе. Подал резюме, прошел интервью… и в Германии я год уже. Впечатления о стране после года пребывания? Мне все нравится, в принципе. Мне нравится устройство страны, то, как исполняются законы, то, как быстро ты решаешь какие-то бюрократические вопросы. Это для меня было удивительно, потому что все говорили о европейской бюрократии. Возможно, ее не было потому, что я по визе специалиста приехал, но у меня такое чувство, что это просто ко всем такое отношение хорошее.  Да и живу я в туристическом, скажем так, месте, в которое приезжают многие немцы со всей Германии… покупаться на озере, поездить на велосипедах вокруг него. Мне все нравится (улыбается).

        – А какие две вещи тебе нравятся больше всего?

– Первая вещь – это, наверное, такое составное понятие государственности. То есть, ты уверен в том, что законы будут действовать здесь, и действуют. Каких-то и мелких, и крупных нарушений здесь не может быть, и очень сложно, чтобы политики или полицейские какие-то противоправные действия против народа своего применяли, действовали противоправно. Это мне нравится. Во-вторых, конечно социальная система здесь работает очень хорошо. То есть, несмотря на высокие налоги (я где-то 41% плачу, что включает в себя очень много разных налогов), если ты, останешься без работы, покалечишься или что-то произойдет с тобой, государство тебя возьмет на полное соцобеспечение. И ты, будешь успешно существовать, возможно, даже продолжать работать, как-то социализироваться дальше в обществе… не потеряешься, в общем, как происходит в странах, например, восточных, восточноевропейских…

– А у тебя есть особые страховки, скажем, гражданской ответственности, нетрудоспособности?

Нет, у меня все стандартно. Во-первых, я плачу больничную страховку «АОК» – 7%, социальную страховку – 1,21%. Полтора процента – страховка от потери работы, если ты потеряешь работу, то тебе будут платить там процентов шестьдесят, по-моему, от твоей заработной платы, вот, там вплоть до года, что ли… ну, в общем, ты успеешь найти себе работу за это время. Пенсионные отчисления – 9,32%, вот. Ну, собственно, вот и все, что я плачу.

– А теперь немного провокационный вопрос: какие две вещи в Германии тебе нравятся меньше всего? Что напрягает или раздражает?

Несмотря на то, что социальная сфера мне очень нравится здесь, но в некоторых случаях слишком много социальной помощи… Это дает возможность людям, которые не хотят работать, не работать и заниматься, например, чем-то незаконным. В том числе это касается наплыва беженцев, которые, собственно, недавно из Сирии бежали, и Германия таким вольным жестом их приняла к себе… Я считаю, что это создает дополнительную нагрузку на государство, и их нужно было бы принимать поменьше. Потому что, в любом случае, это все будет выплачиваться из кармана налогоплательщиков. Вот. Это то, что мне не нравится. Второй вопрос – это заработные платы. По сравнению, скажем, со Штатами, тут заработные платы ниже существенно. В той же IT-сфере. В принципе, во всех других, я думаю, тоже. Здесь примерно все будут равны, что врач, что программист, что кто-то другой. В принципе, это и плюс – социальной напряженности нет. Но с другой стороны, у тебя есть меньше возможностей вырасти в заработной плате, в карьере и так далее.

– Какой у тебя сейчас «визовый статус»?

– У меня Blau Karte, и она истекает в начале следующего года. И в начале следующего года я уже могу подать на ПМЖ. Только мне нужно будет сдать немецкий на уровень B1. Я думаю, я его сдам. Что думаю про гражданство? Да, я думаю, это хорошая идея. Потому что с немецким гражданством ты уже безвизовый  в любой точке мира. Это, во-первых. Во-вторых, возможно, что-то изменится и, когда ты,  там, станешь старше… возможно, у тебя будет стремление зарабатывать меньше и больше возможностей работать с собой, с тем, что тебе нравится. И вот эта социальная система здесь этому способствует.

– А какие варианты еще рассматривались? Вернуться назад? Поехать в третью страну?

– Ну, я думал о соседней Швейцарии, потому что там зарплаты еще  выше и, в принципе, культура похожая, вот. Но туда очень сложно попасть. И рынок работы намного меньше, естественно, так как страна меньше. И это немножко другая ментальность у людей. Ментальность основана была на их религии. Была или есть, наверное, еще… такая ветвь христианства – кальвинисты. Они очень прижимистые в расходах, постоянно накапливают деньги, против излишних трат. Этим славится также Голландия. Если в Германии все прижимистые, то в Швейцарии все еще более прижимистые (улыбается). Ну, Германия, их менталитет меня в этом плане примерно устраивает. А в Швейцарии, я пока не знаю.

– Скажи, пожалуйста, можно ли выделить какие-то вехи, этапы твоего миграционного процесса за последние 10 лет?

– Ну, во-первых, когда я заканчивал университет в 2003-м, мне был 21 год. Я уже тогда нашел работу, точнее подал свое резюме в одну контору в Швеции. И мне ответили, пригласили даже на интервью. Но интервью я не прошел. Я, значит, съездил туда, интервью не прошел, несмотря на то, они меня пригласили, оплатили весь проезд и все такое, все было замечательно. Мне сказали тогда, что они передумали иметь эту позицию ((рабочее место)). Это был их формулировка, но я думаю, что я не прошел просто, и они решили от меня отказаться, немножко соврав вот таким образом (смеется). А почему? Потому что, наверное, у меня было недостаточно опыта, потому что я работал тогда удаленно года 2-3.

Потом, по-моему, через пару лет, в следующий раз, когда уже у меня было на два года больше опыта (улыбается), я уже проработал в Швеции дольше. В том же городе Гётеборг, уже в другой компании нашел следующую работу и интервью прошел, и работал пару месяцев, скажем так, на апробационном периоде, вот. И потом еще работал… Потом уехал, поработал удалённо. Но в конце концов, визу мне не дали, а компания не захотела с этим разбираться, сказали: «ну, раз тебе визу не дали, значит “Пока!”» (смеется).

Потом я очень долго работал удаленно. И, в принципе, раз, наверное, в полгода у меня возникало стойкое желание, что надо попробовать вновь. И я опять вновь рассылал резюме, причем в разные страны. Кто-то мне отвечал, с кем-то у нас были интервью, по телефону и в скайпе, но они ничем особо не заканчивались. И вот последний вариант – я послал всего одно резюме в Германию, и мне ответили. Я прошел интервью и съездил, и… попал. Попал в нужный момент, когда им просто был  нужен именно человек с моими знаниями, с моим опытом. Я думаю, это просто совпадение было, когда им нужен был я, и я оказался… внезапно. И с тех пор, я живу тут.

– Вот на этом пути от твоей родной страны до сегодняшнего дня, какие были самые две большие трудности, вот самые-самые?

– Я бы не сказал, что у меня вообще были трудности. Ну, можно ли назвать… Наверное, можно назвать трудностью то, что… я не сразу нашел работу. Потребовалось много… рассылок резюме, в разные компании. То есть до того, как ты высылаешь резюме, ты должен изучить эту компанию, изучить позиции и написать отдельное письмо каждой из них. Сколько я выслал резюме? Ну, раз в полгода, может, раз в год, я высылал по пачке… по 10-15, 20, может быть, я высылал каждый раз. Ну, значит лет, за сколько там – 5, 8… Восемь умножить на 40 – 320 резюме за восемь лет может я и выслал, как-то так.

Не сильно я напрягался. Я не думал о том, что это какие-то сложности. У меня всегда была работа, и я не остро в ней нуждался. И просто в один прекрасный момент… а не когда у меня было плохое настроение или хорошее, или плохие жизненные условия, просто я думал, почему бы что-то не изменить в жизни? Потому, что мне стало ((когда становилось)) скучно на одном месте или на одной работе, я и высылал.

– Ты сам готовил резюме или пользовался услугами профессиональных консультантов?

– Нет. Я считаю, что это все… от лукавого (смеется). Я считаю, что ты должен искать работу и показывать себя как есть, иначе… если ты с чьей-то помощью будешь выдавать себя за человека другого, то у тебя начнутся проблемы потом, на рабочем месте. Так как я предыдущее интервью проходил и рассказывал им о том, что я думаю, какое у меня мировоззрение, то у нас после прохождения интервью остались замечательные взаимоотношения со всеми коллегами и начальством, потому что они подумали, что такой человек нам нужен и все. А какими-то помощниками я не пользовался. Я считаю, в этом смысла нет. Человек должен самостоятельно работать над этим. Если у него не получается, то он должен пробовать еще и еще. Вот и все.

 

– Вторая большая трудность какая была?

– Ну, возможно… визовые проблемы. В принципе, получить визу – не проблема, но ее нужно получить. Нужно съездить в посольство, которое расположено очень далеко. Я жил в городе Караганда, это в центре Казахстана. А посольство, например, Голландии располагается в городе Алма-Ата. Это 17 часов езды на поезде. То есть нужно съездить 17 ((часов)) туда подать документы, назад съездить. Потом съездить опять за паспортом, опять 17 ((часов)) туда, 17 назад. То есть, в принципе, все реализуемо, но чтобы получить простую голландскую шенгенскую визу, тебе нужно вот этот стресс испытать. Там, штатовскую визу тоже… нужно собирать пачку документов. Если бы этого всего не было, то я бы просто купил билет на самолет, и мы быстро бы договорились об интервью.

– Как у тебя проходили сами интервью – напряжно, стрессово?

– Нет… (Смеется). Интересно было то, что практически во всех случаях будущие коллеги, скажем так, задавали вопросы в интервью… основанные только на моем резюме. То есть, главный момент в том, что ты не должен писать в резюме о том, чего ты не знаешь, или что ты знаешь поверхностно, выдавая за какие-то глубокие знания. Я писал как есть, что я знаю точно, а что я знаю поверхностно. И все интервью проходили замечательно, на 99% вопросов я отвечал отлично.

– Насколько я тебя понял, один из самых существенных моментов – это не выдавать себя за того, кем ты не являешься, писать, как есть… А какой второй по значимости существенный момент при написании интервью в иностранную компанию?

– Существенный момент – это знать очень хорошо английский язык. Ну, или язык, на котором ты собираешься работать. Потому что, ты можешь знать меньше, чем нужно, но, если у тебя очень хорошая речь, и… не знаю, тренируется это или нет, достаточно гибкое мышление… Чтобы ты мог обучаться новому…  Это, наверное, третий момент – ты должен показать им, что ты можешь быстро усваивать новое. То есть у тебя должна быть просто поставленная речь и способность обучаться новому.

        – Если оглянуться назад на эти годы – из Караганды, до сегодняшней

Германии, что бы ты сделал по-другому?

– Во-первых, я бы путешествовал еще чаще, чтобы путешествие в те страны, в которых я хотел бы работать, не было стрессом… То есть, если ты приезжаешь в Штаты, ты уже примерно представляешь себе… там ситуацию с… общественным транспортом, и скорее всего, ты бы там снял машину, чтобы доехать до места интервью, например. Чтобы для тебя не было это стрессом, что внезапно оказывается, что автобусы ходят очень редко (смеется). То есть больше путешествовать, чтобы уже знать, как в новых странах существовать. Лучше учить язык и… Сделать все то, что тебе нужно сделать до интервью, заранее. То есть, например, получить визу, лучше на долгий срок. Если ты планируешь ехать в Европу, то… получить шенгенскую визу долгую, там 5-летний Шенген. Добиться, чтобы у тебя был 5-летний Шенген, просто, чтобы он был для того, чтобы внезапно сказать работодателю, типа: «Я могу, буквально завтра приехать». Вот. Это облегчает все, облегчает поиск работы, ну и подобные вещи, которые могли бы быть сделаны до интервью. Ой, я не знаю, если человек относиться дотошно к своей одежде, если он считает, что одежда в его бизнесе важна, то он, значит, должен уделять заранее этому время.  Чтобы не оказалось так, что ему нужно выбирать костюм для поездки на интервью, который, поспешно выбранный, окажется каким-нибудь неказистым. Все, что ты можешь сделать до интервью, находясь в своей стране, ты должен это сделать, и быть готовым.

– Когда у тебя бывают такие периоды упадка, в чем ты черпаешь свои силы, чтобы не сдаваться и оставаться на плаву?

– Ну, во-первых, это работа. Когда ты чувствуешь себя плохо, во-первых, просто уделяй время и внимание работе. Потому что, если ты упадешь духом, то твоя продуктивность снизится, производительность снизится. Так как я работал удаленно очень долго и частично работал с разными заказчиками, было важно постоянно оставаться работоспособным. Потому что если ты будешь неработоспособным, то финансов у тебя, естественно, не будет, что ситуацию твою усугубит. Просто в моменты каких-то кризисов, как минимум нужно упорнее работать. Я просто заставлял себя и работал. Переводил свое внимание с каких-то депрессивных вещей на работу и делал свою работу. Делал больше работы. Занимался второй работой. И когда моменты позитивные наступали, оказывалось так, что у тебя теперь денег больше, опыта больше, и ты ощущал себя лучше (смеется). И мог эти деньги потратить на какое-то путешествие, на что-то, что тебе доставит удовольствие. И, естественно, мое настроение улучшалось, так как я чувствовал, что я что-то обрел новое.

– Пару вопросов по удаленной работе, поскольку у тебя есть определенный опыт. Люди жалуются обычно, что «мне там сложно себя дисциплинировать, нужна дисциплина большая». А как у тебя с этим было? Трудно тебе было себя самоорганизовать, когда нет шефа, когда не заглядывает через плечо начальство? Как ты преодолел этот момент?

– Самый главный вопрос – это вопрос мотивации. Потому что у меня просто такое чувство, что большая часть людей работать не хочет, а деньги получать хочет, вот. Поэтому они все работают в офисах. Когда работаешь в офисе, у тебя как-то… чувство ответственности… за все больше. То есть, ты видишь… ты видишь, что другие люди работают или, не знаю, там, показывают, что работают, и тем самым они тебя провоцируют на твою работу. Вот. Возможно, это людям помогает. А я считаю удаленно нужно работать тем, кто заинтересован всецело в своей работе и я работал только с такими людьми, потому что иначе никак нельзя… Точнее попадались люди, которые работать не хотели – они сразу, там, в первые несколько недель, или месяц отсеивались.

Главный момент тут в том, что вам должно быть это интересно. Если вам это неинтересно, значит, не занимайтесь этим. Я уверен, что из любого интересного занятия можно выжать очень много финансов, если ты всецело ему отдаешься и полностью в нем заинтересован. Даже если ты, там, я не знаю, любишь комнатные цветы выращивать и дотошно в этом разбираешься, занимайся этим, несмотря на то, что это приносит пока маленький доход. Занимайся чем-то интересным, и, в конце концов, в будущем это тебе принесет большие дивиденды. Я в этом уверен. Я думаю, дело просто в заинтересованности. Займитесь чем-то интересным.

– А какое вообще у тебя отношение к удаленной работе? Есть ли за ней будущее? Ведь сейчас ты больше не работаешь удаленно…

– А, ну тогда совпало так, что… В тот момент, скажем так, мой контракт с работодателем удаленным закончился, и совпало так, что наступил тот самый момент, когда я захотел… когда мне стало скучно и захотелось чего-то нового. Вот.  И я послал собственное резюме. В принципе, я до этого не работал в офисе. Я работал все время удаленно, лет восемь получается, вот. И в Германии это первая моя работа в офисе.

Несмотря на то, что у меня коллектив очень хороший, я хочу как-нибудь вернуться на удаленную. Потому что, во-первых, я получал там больше, во-вторых, у меня было больше свободного времени. Потому что я привык заниматься чем-то классным, физически активным, например, с утра, а работать вечером. А в офисе работа такая не получается. Так, а еще раз, какой был вопрос? (Смеется)

– Много людей хотят поехать в другую страну, но упирается все в вопрос «Как?». Вот как, с чего начать, что делать, как все это организовать? На основании твоего личного опыта, какие бы ты дал два самых-самых совета?

– Ну, в таком случае нужно вопрос более глобально ставить. Не об эмиграции, а о какой-то «Self-motivation» (улыбается). Если вы вообще в принципе не умеете чего-то достигать, то вам будет недостижима и эмиграция. Но если вы успешны, скажем так, на родине, то эмиграция или даже туристическая поездка пройдет для вас спокойно. Во-первых, я думаю, нужно тренировать это качество: то есть заканчивать все начатое, браться вообще за дела, когда не хочется их делать. То есть себя перебарывать, когда что-то не хочется, но что-то нужно – это нужно делать. Это просто одна из базовых черт человеческой натуры, по-моему, – делать то, чего ты не хочешь делать в настоящий момент, но что окупится в будущем. Животные этого не делают, люди это делают. И просто следует развиваться как человек (смеется). Второе… хороший вопрос! Потому что, если будет первое, то в принципе, все что возможно, вам будет достижимо…

– Ну, хорошо, второй вопрос тогда такой – что человеку нужно сделать прямо сейчас?

– Прямо сейчас? Я уже говорил о том, что до эмиграции необходимо обрести все те навыки, которые понадобятся вам там, в другой стране. Это язык, это знакомство с культурой, это знакомство с чем-то новым, это новые путешествия. То есть, если вы не знаете английского – займитесь английским. Знание хорошего английского вам поможет не только в эмиграции, но и в путешествиях, в общении с иностранцами, чтении какой-то литературы. Займитесь языком, займитесь чтением каких-то данных об этой стране… Что еще? Ну, я думаю, язык – одна из самых важных составляющих. Умение общаться, умение говорить, умение просить помощь – это самое главное.

– Наше интервью подходит к концу. Что во всей нашей беседе я не спросил, не упомянул, а тебе, может, показалось существенным?

– Это хороший вопрос! Ну, возможно, это не сильно связано с эмиграцией, а больше связано с обычными человеческими качествами… Нужно, я думаю, взращивать в себе… объективность, исследование нового, стремление к чему-то… Ну, в общем, все то, о чем, наверное, говорят все…, я не знаю, на каких-нибудь психологических тренингах, там (смеется), или все то, на что должен быть настроен человек… Если ты мыслишь позитивно, если ты добиваешься своих целей, даже если они… даже если их сложно очень добиться. Если ты постигаешь новое, то эмиграция тебе дастся легко. Как я это в себе взращиваю? Я не знаю, чем это обусловлено, но у меня существует какая-то постоянная потребность о чем-то новом читать. И ездить в новые страны. Например, через месяц мы поедем в Румынию, а еще через месяц мы поедем в Македонию. Что я читаю? Я интересуюсь, работой мозга… Вот собственно, книжку заканчиваю о том, какие области мозга отвечают за что. Я недавно прочитал книжку… Стивена Хокинга о возникновении Вселенной. У меня… скажем так,  я пытаюсь мыслить широко и интересуюсь разными вещами. Даже теми, которые меня отталкивают, вот. У некоторых людей могут существовать какие-то глупые табу… Когда поднимаешь разговор, о маньяках, например. Для некоторых людей это табу, и они вообще не хотят знать ничего об этом. Или приверженцы, там, какого-то определенного музыкального стиля, те, кто слушают тяжелую музыку, какой-нибудь metal, не хотят, там, ничего слышать о хип-хопе, и для них табу просто вот эти слова, и они не хотят даже читать и узнавать, что это такое. Я пытаюсь идти через это, через то, что мне не нравится. Я пытаюсь как-то объективно  мыслить… Исследовать разные вопросы. Это расширяет кругозор, это плюс.

– Забавно, что ты коснулся темы книг, которые ты недавно читал, я всегда под конец спрашиваю: «Порекомендуйте три книги, которые настолько понравились, что вы готовы рекомендовать их всем и каждому. Можно фильмы, но лучше книги».

– (Смеется). Э-э-э, одна из книг… Так как я интересуюсь очень мозгом, я уже сказал, одна из книг, которая меня давно впечатлила, автора Олдаса Хаксли, это такой американский нейропсихолог, который недавно умер, книга называется  «Человек, который принял жену за шляпу». Это книга об аномалиях работы мозга, в частности, там была история о том, что у человека нейроны головного мозга работали так, что он действительно не просто подумал, а знал, что его жена – это шляпа, и пытался ее надеть на голову (смеется). Возможно, это никак не поможет (смеется) в вопросах эмиграции, но для расширения кругозора, и вообще, знания того, как работает мозг…

– А еще, остальные две?

– Значит, я посоветую книгу под названием «Тошнота» Сартра. Скажем так, это напоминает рассказы Достоевского… о человеке, который мучается, страдает от того, что его пожирает свое собственное сознание и о том, как он из этого состояния выбирается.  Возможно, это будет полезно людям почитать… Тем, у кого подобное состояние. Это уже художественная литература. Первая была научно-популярная, эта – художественная. Из третьего… Из третьего очень мне запомнилась книга с детства, честно говоря, называется «Сто великих изобретений». Там просто описывается 100 изобретений, которые человечество изобрело в последние сколько-то там, не знаю, сотню, две, три лет. В этой книге сконцентрированы – я думаю, много таких можно найти сборников, – сконцентрирована информация о том, когда это было изобретено, как это действует, в общем, это очень интересно для тех, кто технологией увлекается… В общем, я предпочитаю знать всегда все о том, как работает то, что я использую. Знать всю подноготную, в общем. Я это люблю.

– Я думаю, я закончу фразой: «Не ожидайте, что что-то измениться радикально после вашей эмиграции – все останется примерно так же, как у вас было до этого». То есть, если вы мыслили позитивно до этого, находясь в России, то вы продолжите мыслить позитивно. Если вы считали, находясь в России, в Казахстане, в Украине, что все вокруг враги, что все вокруг гадят, обманывают, то абсолютно то же самое переедет вместе с вами в новую страну. Чудес не бывает, и никакого прогресса у вас не будет (смеется). Поэтому если человек мыслит негативно подобным образом и ищет постоянно негативное для того, чтобы не сделать какие-то там выводы объективные, а попричитать, то то же самое и останется. Поэтому, меняйтесь к лучшему.